ИСТОКИ ХОЛОКОСТА

От редакции: как объяснить, что великая Германия Гёте, Шиллера и Гейне, в одночасье покорённая фашизмом, попыталась физически истребить еврейское население как якобы основной источник «глобального зла»? С чего началось движение маниакальной клики этой европейской державы к идеологии и практике антисемитизма, который по сей день с особой страстью культивирует свои «свежие» плоды в мировом масштабе.

 ПОЧЕМУ ГИТЛЕР СКРЫВАЛ СВОЁ  ПРОИСХОЖДЕНИЕ

Кто бы мог подумать, что Адольф Гитлер, который наслаждался вниманием толпы, для которого овации были просто наркотиком, в узком кругу говорил: "я не хочу, чтобы люди обо мне что-то знали, я не хочу, чтобы люди знали о моей семье, я настаиваю на этом?" Почему? Почему Гитлер действительно не хотел, чтобы кто-то знал о его семье. Там были люди, которые знали его в юные годы, молодые годы, кто служил вместе с ним в армии в годы Первой мировой войны. Когда они потом стали делиться воспоминаниями, то к ним приходили сотрудники государственной тайной полиции - Гестапо.                                     

Что именно скрывал Адольф Гитлер? Это очень интересует историков и не только. Некоторые  полагают, что дело в том, что в реальности в жилах Гитлера была хотя бы малая толика еврейской крови. Очень многие в этом уверены и полагают, что этим многое объясняется. Первым, кто предположил, что у Гитлера были предки-евреи, был его недавний соратник Ханс Франк, который в годы Второй мировой был генерал-губернатором того, что осталось от оккупированной Польши. Он занимался там уничтожением евреев, эксплуатацией польского населения. После разгрома Третьего рейха, после того, как Красная армия освободила территорию Польши, Франка посадили в тюрьму, а потом казнили. А пока он сидел, написал целое заявление о том, что бабушка Адольфа Гитлера прислуживала в еврейской семье в городе Граце и забеременела от главы семьи.

Иначе говоря, в жилах Гитлера точно течет еврейская кровь. Это заявление Ханса Франка привлекло невероятное внимание профессиональных историков, которые стали изучать его. И выяснилось, что Ханс Франк написал, что даже видел переписку между предполагаемым дедом Адольфа Гитлера и Анной Шикльгрубер - бабушкой, в которой тот соглашался принять на себя финансовую ответственность за воспитание мальчика Алоиса Шикельгрубера, то есть отца Адольфа Гитлера.

Историки установили, что такой переписки нет и никогда не существовало. Они не нашли еврейской семьи, о которой говорил Ханс Франк, такой семьи просто не было. Они вообще не нашли в городе Граце тогда в XIX веке ни одного еврея. Когда Шикльгрубер родила Алоиза, который станет отцом Гитлера в 1837 году, в Граце не было ни одного еврея. Более того, сама она в Граце тоже не жила. Чем объясняется это заявление Ханса Франка? Я думаю, дикой обидой на фюрера из-за того, что он всё провалил. Что начал такое великое дело, завоевание всего мира, уничтожение Европы. И всё провалил. Нацистская Германия рухнула, она была разгромлена, а всех вождей Третьего рейха посадили и многих из них казнили.

Видимо, дикая злоба распирала Ханса Франка. И единственное объяснение этому поражению он видел только в том, что в жилах Гитлера текла еврейская кровь. Ведь немцы же арийцы. Они же раса победителей. Они должны были победить и вдруг проиграли. У этого может быть только одно объяснение: подкачал сам Адольф Гитлер. Прошлое Адольфа Гитлера, его детство, юность действительно привлекают историков. И обсуждается этот вопрос о его происхождении. Действительно, там есть запутанная история, которую мы сейчас с вами разберём. Почему это представляет интерес? Не потому, что профессиональных историков интересует какие-то интимные детали, а потому что это позволяет понять, действительно ли в прошлом семьи Гитлера было нечто, что в юные годы на него действовало, что сформировало его представление о жизни, что у него тогда ещё сложились фобии, которые потом примут такой чудовищный характер?  

Так, в 1837 году его бабушка родила сына, записала незаконнорождённым, как было положено в те времена, назвала его Алоисом. Через какое-то время она вышла замуж за Иоганна Хидлера. И вот, что самое любопытное: когда они поженились, то ребёнка оставили брату мужа. А сами уехали в другую деревню. Потом, когда они оба ушли из жизни, то брат ее мужа вдруг сделал заявление, что на самом деле его брат и был отцом Алоиза. Просто он не мог в ту пору это сказать, но теперь надо исправить эту несправедливость и нужно зарегистрировать Алоиза как сына Иоганна Хидлера и пусть он носит его фамилию. Поскольку брат мужа был человеком заметным в тех местах, он был влиятельным, священник местный прислушался, и все формальности были соблюдены. И тогда Алоис  Шикльгрубер стал Алоисом Гитлером и стал считаться сыном Иоганна.

Потом эту историю внимательно изучали и вот к какому выводу пришли: скорее всего, отцом Алоиса Шикльгрубера был брат мужа, но он был женат, у него были свои дети. Естественно, признаться в супружеской измене он никак не мог. Поэтому переложил это постфактум на покойного брата. Но в таком случае получается вот что. Алоис  Шикльгрубер, Алоис Гитлер, который уже в солидном возрасте вдруг сменил фамилию и обрел отца, несколько раз женился. Он, как говорили в прежние времена, был ходок. У него были жены, любовницы, у него была служанка - Клара, которая потом станет его женой и матерью Адольфа Гитлера.

 Так вот, если версия историков точна, тогда получается что Алоис Гитлер женился на очень близкой родственнице. Клара была его племянницей. В таком случае это то, что называется кровосмешением. То, чего врачи побаиваются. Видимо, Адольф Гитлер знал об этом или слышал эти разговоры. И, возможно, это повлияло на то, что он никогда не женился и не завёл детей. Он, возможно, боялся, что его ребёнок окажется неполноценным. Сестра его, родившаяся от этого внутрисемейного брака, брака между близкими родственниками, была действительно умственно неполноценной, что тщательно скрывалось в Третьем рейхе. Потому что по тому, что говорил Гитлер, что говорили нацисты, такое неудачное потомство могло быть только у людей с плохой генной структурой. А у нации вождей, у расы вождей таких быть не могло, это могло только у евреев. Поэтому, возможно, по этой причине Гитлер так боялся женщин и не хотел, чтобы у него были дети.

Родился он в городе Браунау. Мы там были со съемочной группой, искали тот дом, где он появился на свет. Дом действительно существует и по сей день. И вот, что любопытно: ни один местный житель, к которому мы обращались, не захотел с нами разговаривать на эту тему. Но мы нашли этот дом, там стоит камень, привезённый из концлагеря с соответствующей надписью. Я позвонил маме, которая германист и всю жизнь занимается Германией. Она сказала,   что она тоже была в Браунау, но раньше меня. И точно так же местные жители не хотели говорить о Гитлере. То есть там своим знаменитым земляком не гордятся. Из Браунау переехали в город Линц, австрийский город Линц. Гитлер родился в Австро-Венгерской империи, которая существовала до конца Первой мировой войны. В Линце он вырос, в Линц он приедет в 1938 году, когда присоединит Австрию к Великогерманскому рейху. В Линце его будет приветствовать толпа. Там были, наверное и те, кто его помнили, потому что там он учился в школе. Сохранился балкон, с которого он выступал. Он учился в школе, учился очень плохо, оставался на второй год.

Писал и говорил потом, что он был такой умный, что ему было скучно возиться с учебниками. Скорее всего, он был просто безумно ленивым. Он всегда был ленивым. Ведь он же никогда не работал. У него никогда не было работы до того момента, как 30 января 1933 года его назначили главой правительства. И уже будучи главой правительства и главой государства, он невероятно ленился, избегал работы. Его соратники и помощники страшно на это жаловались - в своём кругу. Что его невозможно найти, невозможно подписать бумаги, невозможно о чём-то у него спросить. Он был невероятно ленивым, это ещё в школьные годы проявилось.

 Он очень сильно не любил отца, который достаточно рано уйдёт в мир иной. Называл его жестоким. Не знаю, возможно, Алоис Шикльгрубер не был большим симпатягой. Но, судя по всему, он был страшно недоволен сыном, который плохо учился и ленился. В общем, довольно понятные отцовские чувства. Гитлер любил мать. Мать рано заболела. Рак. Ей сделали операцию, но было поздно пошли метастазы, и она умерла. Это была тяжёлая потеря. Тут важно одно обстоятельство: лечил ее доктор Блох - еврей. Он потом вспоминал, что Адольф Гитлер приходил к нему, благодарил за лечение. То есть в тот момент, до начала Первой мировой войны, Адольф Гитлер не был патологическим антисемитом. Это всё придёт позже. Это очень важный вопрос, нам надо будет понять, когда именно эти чудовищные представления о жизни сформировались, почему и зачем. Ключевые годы юности он провел в очень странном положении.                

Он не закончил школу, бросил и поехал в Вену поступать в Академию художеств. Его не приняли, потому что, во-первых, у него не было школьного аттестата. Во-вторых, его рисунки не понравились. Ректор академии доброжелательно посоветовал ему заняться чем-то другим. Я помню, что стоял у ворот - существует и по сей день Венская академия, там мало что меняется - и думал: "Господи, если бы ректор нарушил тогда правила и принял бы Гитлера, сколько бы десятков миллионов остались живы! А в истории остался бы какой-то плохонький художник Адольф Гитлер". Но его не приняли. И дальше начинается странная жизнь. 

9 лет, с 16 до 25 лет, Адольф Гитлер ничего не делает. Но потом он рассказывал, что очень страдал, нищенствовал, что жил на копейки. Это не так. У него была пенсия хорошая за отца, в Австро-Венгрии платили. Потом, когда умерла мать, он и его сестра получали сиротские пенсии. Там было наследство. Нет-нет, он не голодал. Он просто ничего не делал. Очень странная жизнь. Из Австро-Венгрии он перебрался в соседнюю Баварию, жил в Мюнхене. Жил странно. У него были друзья. То они снимали комнату, то жили в общежитии. Он ходил в театр, немножко рисовал, говорил о том, что будет писать музыку, может быть, напишет пьесу. На самом деле ничего не делал. Что отличало от других молодых людей: полное отсутствие интереса к девушкам, полное отсутствие интереса к алкоголю. Он курил, потом бросил. Сказал, что слишком много денег тратит на сигареты, лучше их проедать. Очень странный образ жизни для молодого человека. 

Сначала в Вене, потом в Мюнхене - таких очень современных городах, где кипела жизнь, где можно было найти себя и можно получить образование, какую-то интересную работу, вообще чем-то заинтересоваться. Ему все было неинтересно, он ничем не интересовался. Если бы не Первая мировая война, канул бы в безвестность этот молодой человек. Адольф Гитлер, когда покончит с собой, то у него на кителе будет железный крест и значок за ранение, который вручали в кайзеровской армии. Вообще он на всю свою жизнь после Первой мировой представлял себя героем войны, фронтовиком, сражавшимся на передовой.

Вообще-то, на самом деле, он был дезертиром. Он перебрался из Австрии в Баварию не потому, что ему не нравилось Австрия. Вообще говоря, немцы в многонациональной Австро-Венгрии представляли собой, конечно, самую заметную этническую группу. Занимали руководящие должности. Немцы в Австро-Венгрии делились на две категории. Одним очень нравилась Австро-Венгрия и положение, которое они там занимают. Другие были обижены на то, что они оказались вне Германии. Потому что, когда Германия в XIX веке стала постепенно, в основном, усилиями Отто Бисмарка, превращаться в единое государство, то австрийские немцы остались в стороне. Но остались в стороне, потому что создали собственную огромную, империю, которой управляли и которая играла важную роль. Но многим немцам не нравилось. И Адольф Гитлер тоже считал австрийских немцев немножко неполноценными. А неполноценным ему быть очень не хотелось, поэтому он присоединит Австрию к Великогерманскому рейху, когда это сможет.     

Но из Вены он уехал по другой причине. Ему предстояло служить в Австро-венгерской армии, как положено молодому человеку с двумя руками и двумя ногами. Он сбежал в Мюнхен, но австрийская полиция его искала. Нашла его в Мюнхене. Его арестовали, но предъявили медицинской комиссии. И медицинская комиссия мюнхенских врачей пришла к выводу, что настолько жалкий молодой человек, что в мирное время службе в армии он не подлежит. Его освободили от призыва. Когда в 1914 году началась война, тут уже избежать призывала было невозможно, ему пришлось отправиться на фронт. И многие полагают, что сформировала его именно Первая мировая война, годы, проведённый на фронте. Я придерживаюсь другой точки зрения, думаю, что его сформировала послевоенная ситуация. Послевоенная Германия. Сейчас мы об этом поговорим.

Он служил в 16-м баварском резервном полку, отправленным на фронт. Служил он вестовым, ординарцем. Это те, кто доставляли приказы. Он был посыльным. Из штаба доставлял приказы начальства местным командирам, там одному, другому. Он называл себя окопником, фронтовиком, но был при штабе. Конечно, на фронте в войну погибают люди самым разным образом. И в штабах и как бы в тылу. Тем не менее, конечно же, в первую очередь, погибали те, кто был в окопах. Те, кто был при штабе, они выживали. Поэтому Гитлер и выжил. Единственное, что его не миновало - это химическая атака. Химическое оружие было одним из тех страшных средств уничтожения, которое появилось в Первую мировую. И отличились как раз в этом смысле немцы, потому что у них была более развитая химия. Потому что у них, в отличие от Великобритании - колониальной империи - не было естественных красителей, пришлось создавать искусственные. На базе химической науки были созданы боевые отравляющие вещества, которые Германия стала использовать. А потом, естественно, и союзники тоже вооружились химическим оружием и жертвой одной из атак Гитлер и стал. Он говорил, что его отравили ипритом. Но иприт - смертельное вещество. Если он был бы отравлен ипритом, мы фамилию бы такую не знали. Видимо, какой-то другое средство было применено. Он потерял зрение. Временно. Потом оно вернётся. То есть он уцелел, ему Повезло

Многие говорят о том, что он был очень храбрым солдатом, был награждён Железным крестом второй степени, а потом первой. Но на сей счет есть воспоминания начальника штаба полка, который представлял его и к первой, и ко второй награде. К Железному кресту второй степени он представил Адольфа Гитлера, когда тот помог ему эвакуировать раненого полковника, а Железным крестом первой степени в 1918 году, в последний год войны, были награждены все вестовые в штабе полка, это было групповое награждение. Что отличало Адольфа Гитлера? Об этом вспоминали его сослуживцы. Это то, что он держался особняком, никогда не был откровенен, не ходил вместе с другими солдатами в бордели, отказывался от спиртного. Это был ведь единственный транквилизатор того времени. В Первую мировую алкоголя для солдат не жалели, чтобы привести их в порядок. Он, судя по всему, в этом не нуждался. Держался особняком, это все запомнили. И вот, что интересно: его довольно быстро произвели в ефрейторы. Но на этом повышения закончились.   

 Все те, кто был произведён в ефрейторы, потом стали оберфельдфебелями. А он нет. Почему? Его командир полка объяснил после войны: "Я не нашёл в нем вообще никаких лидерских качеств". Это очень любопытно: человек, который потом поведет за собой целую страну, который сумеет захватить её, который потом устроит мировую войну, не обнаружил в себе никаких лидерских качеств в тот момент, когда это имело значение. Наверное, ему хотелось получить повышение и стать оберфельдфебелем, может быть потом отправиться в офицерскую школу. Ничего это в голову не приходило, он как был, так и остался ефрейтором. 

Война, конечно, накладывает тяжёлый отпечаток, но думаю главное, что сформировало Адольфа Гитлера как политика, как вождя, как злобного националиста и чудовищного антисемита, - это была послевоенная эпоха. Это был тот момент, когда Германия - вообще страны Четверного союза - проиграли Первую мировую, капитулировали, и в Германии началась революция. Мы с вами говорили о том, что поражение в Первой мировой оказалось для немцев совершеннейшей неожиданностью, потому что благодаря успехам немецкой военной пропаганды у немцев было ощущение, что Германия побеждает, еще один шаг и враг рухнет, Германия восторжествует. А потом внезапное наоборот, полнейшее крушение Германии ошеломило немцев, они не могли в это поверить. Они были в растерянности, они были охвачены ненавистью ко всему миру и, главное, к внутренним врагам, которые - ясное дело - нанесли удар в спину. Внутренним врагом были, естественно, евреи. Потом левые, коммунисты, посланники русского коммунизма и так далее. Но главное, на мой взгляд, когда Германия капитулировала, там тоже начались восстания. Чем-то это напоминало 1917 год в России. А что такое революция? Революция в первый день - это такое ощущение счастья и праздника, когда все друг друга обнимают. А на следующий день начинается развал нормальной жизни, начинается развал, анархия, хаос, преступность. А тут еще люди возвращаются с оружием озверевшие. Или звереют на ходу. Я думаю, что озверение произошло даже не на фронте, а после фронта. Потому что, как это происходило и в России, в Германии появились крайне левые, которые хотели последовать примеру российских большевиков. А в России ждали революции в Германии, потому что Германия считалась наиболее передовой в смысле развития социалистических идей, и не только потому, что там жили когда-то Карл Маркс и Фридрих Энгельс, а потому что там социал-демократия в XIX веке действительно добилась первых масштабных успехов.                                                                                                             

 Фракция социал-демократов в Рейхстаге была крупнейшей. Немецкие социал-демократы действительно играли важную роль в жизни страны. И советские большевики, Ленин и все остальные, были уверены, что революция должна начаться в Германии, а началась в России. Но, естественно, ждали, что последует примеру России и осенью 1918 года, сразу после разгрома и капитуляции Германии, действительно начались волнения. Восстали моряки, потом восстали военные, восстали левые. По всей стране начались волнения, которые имели последствия далеко идущие. Конечно, тем, кто придерживался левых идей, было приятно видеть, что наконец они выходят на улицы и провозглашают республику,  требуют совершения социалистических реформ. А за ними мрачно наблюдали другие. За ними мрачно наблюдали националисты и правые, которые говорили: "вот, по чьей вине мы потерпели поражение. И если бы не вы,ьмы бы сейчас громили врага". И к подавлению вот этих восстаний были привлечены солдаты, оставшиеся без дела, кайзеровской армии. Ну, формально, вооруженные силы не могли выполнять полицейские функции, поэтому формировались так называемые добровольческие корпуса, которые просто убивали протестующих. 

У нас есть улица, она названа именем Розы Люксембург. Другая - Карла Либкнехта. Сейчас уже мало, кто помнит этих людей. А когда-то их имена гремели. Карл Либкнехт происходил из социал-демократической семьи, был действительно вождем левых социал-демократов. И он был вождем этой революции в тот момент, когда Германия капитулировала. А Роза Люксембург происходила из небольшой социал-демократической партии Польши и Литвы, в которую когда-то входил Феликс Эдмундович Дзержинский. Была, кстати, очень умной и очень точно оценивающей ситуацию женщиной. Их просто поймали и просто убили, избили и убили. И то же самое происходило с другими лидерами социал-демократов. Вот эти так называемые добровольческие корпуса, которые формировались за счёт солдат, озлобленных проигрышем и ненавидящих всех, кого они считали врагами, они их просто убивали. И вот это, вот этот период, когда в ход было пущено оружие, когда все законы перестали существовать, когда восторжествовало право сильного и когда стало привычкой врага убивать, я думаю, вот этот период и сформировал Адольфа Гитлера.                                                                                                                                                                

Он как раз только-только отошел от своего отравления, к нему вернулось зрение, его вернули назад в Баварию, в Мюнхен, чтобы он продолжал службу в своем полку. И вот он растерянно наблюдал за происходящим. Он вовсе не начинал с правонационалистических позиций. Когда он прибыл в Мюнхен, там у власти как раз были крайне левые. В Баварии в какой-то момент власть взяли левые, крайне левые. Они тоже устраивали расстрелы, потом были подавлены жесточайшим образом. Так вот, сначала там были левые. И в полку, куда он вернулся, тоже тон задавали левые. И Адольф Гитлер вроде собирался присоединиться к ним. А тут их подавили, а он всегда присоединялся к тем, у кого сила. И вот он наблюдал за тем, что происходит в Германии. Вот этот вот процесс, растянувшийся на достаточно долгий период, взаимного уничтожения, полного презрения к закону, я думаю, и сформировал тогда будущего политика Адольфа Гитлера, будущего вождя нацистской Германии, будущего человека, который стал миллионами уничтожать людей, в первую очередь, стал уничтожать евреев.

Эта эпоха, конечно, хорошо изучена в истории. Но обычно историков интересовало, как именно левые пытались взять власть, как им помогала Москва, почему у них ничего не получилось. Ну кто-то изучает, наоборот, деятельность добровольческих корпусов. А мне представляется, что главное - вот эта

атмосфера полнейшей безнаказанности и торжества злобы, ненависти, которая Гитлера и превратила в того, кого мы знаем. Он присоединился к тем, кто побеждал, таким правонационалистическим кругам, которые задавали тон в вооружённых силах. Мы потом будем задаваться вопросом, как у Веймарской Республики, которая была основана на демократических принципах, как там восторжествовали такие злобные националистические и антисемитские идеи.

 А они там были с самого начала. Командование вооруженных сил разгромленной, капитулировавшей кайзеровской армии, уже теперь бывшей кайзеровской армии, пребывало в уверенности, что всюду враги. Самые страшные враги - внутренние. Адольфа Гитлера как подающего надежды молодого человека отправили на курсы армейских пропагандистов. И там он впервые услышал весь набор взглядов, который он потом будет сам активно распространять. Там, на этих армейских курсах, вполне официально говорилось о том, что, конечно же, Германия не могла потерпеть поражение, а всё это результат деятельности евреев и левых. Евреи есть самый страшный враг. Расовый враг. Они все такие враги. И они разрушают всё и страну, и экономику. Там он услышал разговоры о том, что на самом деле есть люди, которые что-то созидают, и есть финансовый капитал, ростовщичество. Вот это вот евреи, они на этом наживаются. Он получил на этих курсах весь набор вот этих антисемитских мифов, которые будет потом распространять. Вдруг его жизнь обрела какой-то практический смысл. Он впервые кому-то понадобился. Ему уже было немало лет, до этого он никому не был нужен, он пропустил свою юность, в вооружённых силах он был всего лишь ординарцем, тоже небольшая должность. И вдруг он понадобился. И он стал ощущать, что он что-то может сделать, он может повлиять на судьбу собственной страны. Раз такие происходят коллизии, раз страна так раздираема противоречиями, раз идут такие настоящие бои, значит надо в них ввязаться и в них поучаствовать. Тем более, что это не страшно, его никто не убьет, в него никто стрелять не будет, газом никто не отравит.

Это бои вербальные, это бои на словах. Он должен об этом говорить. И его стали использовать как пропагандиста. И он, ощущая себя мастером, стал другим солдатам немецким втолковывать, как именно устроен мир, стал им объяснять, где враги и что с ними нужно делать. И в качестве одного из поручений его отдел пропаганды отправит на собрание Немецкой рабочей партии, которая потом будет переименована и станет Национал-социалистической немецкой рабочей партией. Эту партию создали два человека. Один - бывший слесарь, другой - бывший журналист. Там было всего несколько человек, заседали они в пивной, что было естественно для Германии того времени. Где больше негде было собираться. И там, за кружкой пива обсуждали мировые проблемы. В задачи Адольфа Гитлера входило всего лишь прийти, посидеть и потом написать отчёт, о чём там говорилось, оценить эту партию и что там за люди во главе стоят. Но там кто-то выступил, Гитлеру не понравилось. Он тоже попросил слово, и в этой пивной, где сидело всего несколько человек, выступил с зажигательный речью и страшно понравился Антону Дрекслеру, тому самому слесарю, который создал эту партию. Он подошёл к Адольфу Гитлеру, познакомился с ним и предложил поучаствовать в работе этой партии. Так началась история Адольфа Гитлера-политика.    

Он превратит эту партию в механизм захвата власти, он превратит свои идеи в идеологию, которой проникнется вся духовная жизнь Германии. Он превратит свою страну в преступный режим, который будет уничтожать миллионы людей у себя на территории и будет оккупировать другие территории, попытается захватить всю Европу. А нацелился на самом деле на весь мир. И произошло - ещё раз скажу, я в этом

абсолютно уверен - в те месяцы и годы, первые месяцы и годы после окончания Первой мировой войны. Они сформировали Адольфа Гитлера. И тогда человек, который ничего не умел, ничем не интересовался, ничего не хотел, ни на что не годился, никогда не работал и не собирался работать, вдруг ощутил некоторую внутреннюю миссию и взялся её исполнять. А вот почему именно антисемитизм стал сердцевиной этой программы, почему он так сосредоточился на этом, почему он из антисемитизма создал инструмент захвата власти - это, пожалуй, отдельный разговор.            

   Тут вопрос выходит далеко за рамки предположения о том, что у него могла быть когда-то еврейская кровь. Возможно, он слышал эти разговоры. Нет-нет, тут вопрос значительно масштабнее. Почему он это сделал? Давайте обсудим это отдельно.

  ЛЕОНИД МЛЕЧИН 

ПОДКАСТ YOU TUBE, ТРАНСФОРМИРОВАННЫЙ В  ТЕКСТ